The Guardian: каменный уголь или солнечные батареи? В поисках источника электроэнергии для индийских деревень

По словам премьер-министра Индии Нарендры Моди, правительство страны собирается электрифицировать дома 400 млн индийцев, до сих пор живущих без электричества. Однако в отношении планов по разработке новых угольных месторождений имеется множество нерешённых вопросов.

The Guardian: каменный уголь или солнечные батареи? В поисках источника электроэнергии для индийских деревень

Источник: Pete Burana / Shutterstock.com

В деревне Геер, расположенной в индийском штате Мадхья-Прадеш, вскоре произойдёт самая простая из всех революций. Вот уже четверть века её жителям обещают, что скоро в деревню проведут электричество, и наконец этот день настал. «Когда заходит солнце, мы не можем ничего делать и просто сидим впотьмах. Дети не могут учить уроки. Мы рано ложимся спать», – говорит Чотелал Гупта (Chotelal Gupta), хозяин некоего подобия магазина, единственного на всю деревню. На самом деле это просто шкафчик, в котором выставлены на продажу конфеты и печенье. В последние несколько недель Гупта принялся осваивать продажу лампочек – всё больше домов односельчан подключаются к электрической линии.


Небольшая толпа жителей деревни собралась вокруг трансформатора, ожидая включения главного рубильника. Поскольку дело происходит в Индии, такое событие не может обойтись без вознесения молитв богам, ритуального раскалывания кокосового ореха и воскурения благовоний. В отсутствие кого-нибудь из местных сановников проводить почётную церемонию они попросили меня. Ситуация напомнила мне мою свадьбу – тогда я тоже совершенно не понимал смысла происходившего вокруг.

Включается рубильник, и тотчас все бегут домой к Гупте. Он купил старый телевизор и подключил к нему устройство, которое выглядело как крышка сковородки на палке, – меня уверили, что это спутниковая тарелка. Детишки начали увлечённо крутить настройки в поисках сигнала. Они очень смышлёные, и появление в их деревне мобильной связи и Интернета, очевидно, вскоре круто изменит их жизнь. А Гупта тем временем планирует обзавестись электрическим насосом для орошения своего участка земли – так он сможет выращивать столько риса и чечевицы, что не только хватит на пропитание, но и останется на продажу.

По данным Всемирного банка, в Индии насчитывается около 400 млн человек, живущих без электричества. Новый премьер-министр страны Нарендра Моди пообещал в течение пяти лет провести электричество во всех районах – сделать это предполагается за счёт беспрецедентной активизации добычи угля. Индия обладает пятыми по величине запасами угля в мире, но добычу не ведёт. Индийским угольным электростанциям приходится импортировать около трети используемого топлива. Государство приняло решение изменить такое положение вещей, однако планы властей натолкнулись на целый ряд препятствий: протесты экологов, судебные процессы по обвинениям в коррупции, необходимость соблюдать законные права племенных общин, опасающихся, что добыча угля лишит их средств к существованию.

В числе других к реализации планов премьера Моди приступила и компания Mahan Coal, которой совместно владеют британская Essar Energy и гигантская индийская корпорация Hindalco. Руководитель компании Рамакант Тивари (Ramakant Tiwari) потратил семь лет на то, чтобы получить у властей разрешение на масштабную добычу угля открытым способом в Маханском лесу – одном из последних фантастически живописных девственных лесов, оставшихся в Мадхья-Прадеш. Вместе с Тивари мы стоим на холме, возвышающемся над участком, на котором Mahan Coal собирается вести добычу, и руководитель компании доказывает мне, что лес от всего этого только выиграет.

«Но разве вы не чувствуете угрызений совести от того, что собираетесь уничтожить лес и перепахать весь этот прекрасный ландшафт?» – спрашиваю я его.

«Мы ничего не уничтожим, а просто возьмём старые деревья, уже превратившиеся в каменный уголь, и посадим новые, которые будут расти вместо них», – настаивает Тивари. Словами и внешним видом он больше напоминает активиста благотворительного движения, нежели руководителя горнодобывающей компании. Он убеждён, что разработка месторождения подчиняется логике естественного развития цивилизации. Тивари предлагает мне лично убедиться в том, какого рода угольный карьер он собирается создать. Мы садимся в автомобиль и едем на государственные угольные копи, расположенные неподалёку. Район, в котором мы находимся, называют энергетической столицей Индии, на его территории есть несколько месторождений и электростанций, снабжающих энергией северную и центральную части страны. Близ дороги мы взбираемся на пригорок, откуда открывается такой вид, что у меня непроизвольно вырывается возглас изумления. В радиусе более километра земля разрыта и превращена в террасы, где обнажились протяжённые пласты каменного угля.

Людей не видно – только гигантские, словно пришедшие из будущего, машины вгрызаются в землю, углубляя карьер. В полукилометре от нас раздаётся оглушительный взрыв, от него земля под ногами ходит ходуном, и мы едва не падаем. Вокруг нас высятся отвалы породы, огромные коричневые горы грунта и камней, которые, как уверяет меня Тивари, когда-нибудь покроются пышной растительностью, деревьями и кустарником.

Жители деревни Чилика-Даад, расположенной недалеко от карьера, думают по-другому. Постоянные взрывы и клубы пыли превратились для них в мучение. Обещанная инфраструктура, инвестиции и рабочие места так и не появились. Всё, что у них осталось, – это дома, которые нельзя даже продать, и сама жизнь, условия которой они не в силах изменить. Из-за выбросов электростанций и пыли угольных карьеров этот район считается третьим в Индии по уровню загрязнённости, и люди здесь повсюду жалуются на ухудшение здоровья.

Детям в этом месте жить нельзя, говорит мне директор деревенской школы. Ученики страдают от кашля и заболеваний дыхательных органов. В тот день, когда я посетил эту школу, 70 из 209 учеников болели, и директор заметила, что для беднейших районов Индии такой показатель нельзя считать обычным. Дети стремятся получить образование, говорит она, поэтому они не идут в школу лишь в самом крайнем случае.

Об этих проблемах известно и племенным общинам, живущим в районе, где компания Mahan Coal планирует начать добычу угля. Среди крестьян возник глубокий раскол: одни заинтересованы в получении работы и зарплаты благодаря приходу горнодобывающей компании, другие всего этого не хотят. Mahan Coal столкнулась с решительным противодействием, тем более что на стороне местных жителей выступила и организация Greenpeace, активно обучающая местных лидеров тому, как вести кампанию протеста. Племенные общины обладают конституционными правами, а значит, если они докажут, что их существование зависит от этой земли, и объявят о своих притязаниях на неё, то теоретически они смогут воспрепятствовать добыче угля.

Жара – 36 °С, влажность воздуха – 80%. Вместе с группой местных жительниц, собирающих съедобные и лекарственные растения, я иду по Маханскому лесу. Женщины указывают мне то на дерево, то на куст, подробно разъясняя, как и для чего эти растения можно использовать. «Но неужели вам не хочется иметь телевизор или холодильник, – спрашиваю я их, – неужели в такую жару вам не нужен кондиционер?» Мои спутницы в ответ только улыбаются.

«Чем свежий ветер хуже кондиционера? И зачем мне холодильник, если я каждый день могу собирать в свежем виде всё, что захочу? – говорит одна из них по имени Пхулмати (Phoolmati). – А развлечений здесь хватает и без телевизора!»

В отличие от Гупты, собравшего самодельную спутниковую тарелку и мечтающего о холодильнике, чтобы продавать прохладительные напитки, Пхулмати считает, что добыча угля может только разрушить её жизненный уклад и привычный для неё мир. Она собирается упорно бороться против нововведений.

Неожиданным подспорьем в этой борьбе стало решение верховного суда Индии, которое, как оказалось, совершенно не связано с кампанией протеста, ведущейся местными жителями. Недавно суд нанёс мощный удар по позициям угледобывающих компаний, отменив в связи с подозрениями в коррупции решение прежнего правительства страны о выделении более 200 участков для добычи угля. Из-за этого работа Mahan Coal приостановилась, и руководитель компании вынужден был признать: «Мы теперь не можем сказать с определённостью о своей дальнейшей программе действий». Вскоре процесс выкупа участков с залежами угля на аукционе начнётся заново, и теперь руководству компании предстоит решить, есть ли смысл подавать новую заявку на эти участки. Компания получила заверения относительно того, что ей в этом случае уже не придётся вновь разбираться с экологическими вопросами. Но также очевидно и другое: даже если компания победит на аукционе и повторно выплатит необходимую сумму, у неё всё равно не останется стопроцентной гарантии, что можно будет начать разработку месторождения.

Как утверждает Greenpeace, будущее – за возобновляемыми источниками энергии, в том числе за солнечной энергетикой. Вполне возможно, что правительство Индии считает точно так же, однако сейчас обещание премьер-министра за пять лет провести электричество в каждую индийскую деревню кажется трудновыполнимым.


05 ноября 2014 в 17:00

международный опыт, ВИЭ, солнечные батареи, солнечные электростанции, каменный уголь, возобновляемые источники энергии, солнечная энергия, источники энергии, солнечная энергетика, энергетика будущего

Другие пользователи читают

Платёжные разногласия

С 1 июля все платежи за ЖКХ должны будут проходить через государственную информационную систему жилищно-коммунального...

19 мая 2017 в 15:12
ОГК-2 подало заявки на вывод из эксплуатации 5 ГВт мощностей

ОГК-2, подконтрольная «Газпром энергохолдингу», подала в заинтересованные муниципалитеты заявки на вывод 5 ГВт мощности....

26 апреля 2017 в 02:54
Сети и сбыты уместятся в одном окне

На этой неделе были опубликованы постановления правительства об изменении порядка технологического присоединения (ТП)...

17 мая 2017 в 16:53
Лицензирование сбытов: передел рынка или борьба с неплатежами?

С 1 июля энергосбытовые компании России смогут работать лишь при наличии лицензии. Соответствующая норма содержится в за...

03 мая 2017 в 09:50